.
   Дверь отворилась. Человек стоял окаменев. (В "Побеге"
  Казанова называет его Андреоли). Казанова сбежал по лестнице,
  Бальби за ним. Быстрыми шагами он направился к Лестнице гигантов,
  Scala dei Giganti, и хотя отец Бальби шипел: "К церкви! К
  церкви!", но следовал за Казановой. Церковь была лишь в двадцати
  шагах, однако не давала убежище никакому преступнику, как думал
  отец Бальби, страх мешал ему думать. Казанова шел прямо к
  королевской двери Дворца дожей, рorta de la carte. Никого не
  увидев и сами не замеченные, они пересекли Пьяцетту, ввалились в
  первую же гондолу и приказали: "На Фузине! Быстрее второго
  гребца!" Тот немедленно встал. Как только гондола отчалила,
  Казанова бросился на среднюю скамью, монах сел на боковое
  сидение.
   Они отчалили от таможни и шли по каналу Гвидекка, который
  надо пересечь по пути в Фузине, так и в Местре, куда на самом
  деле хотел Казанова. На полпути он спросил: "Мы будем в Местре до
  семи?"
   "Господин, вы хотели в Фузине!"
   "Ты свихнулся. Я сказал в Местре!"
   Ему не ответили. Гондольер сказал ему взглядом, что повезет
  прямо в Англию, если он захочет.
   "Браво! Итак в Местре!"
   Казанова нашел канал роскошнее, чем ранее, особенно потому,
  что никто за ними не следовал. Утро было ясное, первые лучи
  солнца великолепны, оба гондольера гребли легко. Казанова
  почувствовал пережитую опасность, счастье