чало моему
  способу действовать и чувствовать".
   К сожалению он совсем не знал жаргон финансистов; часто уже
  по жаргону можно усвоить технику или науку.
   Пари-Дюверне представил ему семь-восемь господ как друзей
  Берниса и де Бургоня. Казанова весь вечер многозначительно
  молчал.
   После десерта Пари-Дюверне провел его в соседнюю комнату, где
  представил управляющего делами короля Сицилии, господина
  Кальзабиги из Ливорно, при этом любезно сказал: "Господин
  Казанова, это и есть ваш проект!", и вручил ему папку ин фолио.
   Казанова прочел заголовок: "Лотерея из девяносто чисел,
  выигрыши в ежемесячных тиражах, который может упасть лишь на пять
  чисел" и тд.
   Он сказал с величайшим спокойствием: "Да, я вижу, что это мой
  проект".
   "Вас опередили, он принадлежит господину Кальзабиги."
   "Почему вы не согласились?"
   "Из-за возможных сильных потерь!"
   Казанова возразил и провел дискуссию с наглостью шарлатана, с
  основательным опытом профессионального игрока и с настоящими
  математическими познаниями. Пари-Дюверне предложил ему защищать
  план лотереи на совете министров против всех моральных
  возражений. Казанова тотчас заявил, что готов.
   Три дня спустя его разыскал Кальзабиги, предложил долю в
  лотерее и пригласил на ужин. У дверей Казанова получил записку от
  Берниса, тот хотел послезавтра в Версале представить его маркизе
  де Помпадур, где он также познакомится