учал шесть процентов с выручки. Его первая выручка
  составила сорок тысяч франков. Через час после тиража выяснилось,
  что он должен получить семнадцать-восемнадцать тысяч франков
  комиссионных. Общая выручка составила два миллиона, власти
  получили шестьсот тысяч франков. Лотерея завоевала добрую славу.
  Кальзабиги сказал, что Казанова достоин первой ренты в сто тысяч
  франков. При втором тираже Казанове пришлось занять денег для
  выплаты, так как именно у него кто-то вытянул главный выигрыш.
   Казанова всегда носил лотерейные билеты в карманах, которыми
  подкупал знакомых в больших домах и в театральных фойе. Другие
  получатели доходов с лотереи не входили в хорошее общество и не
  ездили, как он, в богатых каретах, что является преимуществом в
  больших городах, где каждого ценят по производимому блеску. Его
  роскошь открывала повсюду все входы и давала кредит. В актах
  комитета Эколе Милитер его имя не упомянуто, но Шарль Самаран
  подтверждает, что Казанова был одним из устроителей лотереи.
   С 15 сентября 1758 года и в течении 1759 года многочисленные
  судебные документы характеризуют Казанову как "Директора бюро
  лотереи королевской Военной Школы". Однажды упомянуто его бюро на
  улице Сан-Мартен; в мемуарах он называет ее улицей Сен-Дени -
  ошибка Казановы или актов.
   Казанова едва ли не месяц пробыл в Париже, как его брат
  Франческо вернулся из Дрездена, где в знаменитой галерее