ьми
  и очень большим приданным от графа Монбари, ее любовника в
  течении восьми лет, который вскоре стал военным министром и
  устроил супругу бывшей метрессы квартиру свободного художника в
  Лувре. Но и этот брак оказался несчастливым. Об этом Дидро писал
  некоторым критикам, что было опубликовано впервые после его
  смерти.
   Франческо во многих отношениях напоминал старшего брата, у
  него тоже был талант, ведь все семейство было настоящей семьей
  художников; их третий брат, Джованни, художник и директор
  академии в Дрездене, учитель Иоханна Иохима Винкельмана и
  Анжелики Кауфман, также обладал достаточным талантом, о
  многообразных талантах матери лучше помолчим.
   Однако, Франческо, как и Джакомо, любил отборную роскошь, он
  был до бешенства расточителен, он жил как большой господин, как и
  Джакомо с готовностью подписывая множество векселей и попадая в
  руки зачастую тех же ростовщиков, что и брат. Хотя за картины и
  картоны, которые он готовил для ковровой мануфактуры в Бовэ, он
  получал наивысшие цены, его долги и затруднения все
  увеличивались, пока Джакомо во время своей последней напрасной
  попытки утвердиться в Париже, как говориться, похитил брата у
  жены и кредиторов. Он занялся тогда конверсией долгов брата с
  большим усердием и ходил к финансистам, герцогам и другим
  миллионерам, чтобы пристроить картины брата.
   К этому времени Франческо имел