онь. Он встал за нею, обнял ее,
  они повторили каждую ласку.... они любили друг друга до утра.
  Потом она ускользнула в свою комнату.
   В полдень вошла толстая графиня в кокетливом неглиже.
   "Добрый день, мадам! Ну как мой друг?"
   "Он теперь мой друг. Он переселился ко мне. Я вам бесконечно
  благодарна. Если бы вы знали, как этот молодой человек любит
  меня! Я дам ему годичный пенсион. Ему будет хорошо. Мы едем
  сегодня в Ла Вилетт, где у меня красивое поместье и где вы, если
  вам понравиться, найдете хорошую комнату и прекрасную постель."
   Казанова пошел в Итальянскую Комедию. Конечно он был влюблен
  в Терезу де ла Мер, но Манон, с которой он имел лишь удовольствие
  обедать в семейном кругу, ограничивала любовь к Терезе, не давшей
  ему желать большего. Не желают того, чем владеют, говорит
  Казанова, и женщины правы, когда отказывают, только почему не
  отказываются мужчины?
   Дочь Сильвии любила его, знала, что он ее любит, не
  признаваясь ему, потому что не была уверена в своей сдержанности
  и знала свое непостоянство.
   Вначале она была помолвлена с композитором Шарлем Франсуа
  Клементом, чья оперетта "La Pipee" ставилась в 1756 году в
  Итальянском театре; три года он давал ей уроки на клавире, был
  двадцатью годами старше и очень в нее влюблен. Она смотрела на
  него с восхищением, пока не пришел Казанова. Она ждала объяснения
  от Казановы и не заблуждалась. Отъезд девицы