Он пригласил ее в его
  отсутствие побыть в сельском доме в Пти-Полони.
   Вследствие "чудовищных слухов, сообщений, клеветы" и потому
  что в Париже говорили, что Казанова вместо отъезда скрывается в
  Пти-Полони, 23 октября 1759 года она покинула его дом. Она
  писала: "Если бы я не любила Вас так, я погребла бы себя в
  монастыре... Как плох мир и как я несчастлива. Мой дорогой
  Казанова, отомстите за меня, отомстите за себя, очиститесь от
  недостойной клеветы прежде, чем женитесь на мне... Я одна в мире,
  без друзей, без утешения, Цель всей злобы как Ваших, так и моих
  врагов. Я боюсь за Ваш испорченный желудок, поэтому не курите так
  много. Вы счастливы, потому что можете лечиться устрицами,
  которых я не могу есть... и любите меня всегда. Вершиной моих
  несчастий будет, когда Вы меня покинете; но нет, Вы к этому
  неспособны. Вы любите меня, и конечно сделаете все, чтобы
  обладать мною. Я считаю себя самой несчастной на земле: из-за
  моего сердца, моей чести и даже моих доходов... Наверное Вам
  становится скучно всегда выслушивать мои жалобы."
   Когда Казанова в тоске по Манон целыми днями оставался в
  постели, как-то утром в девять к нему пришла Эстер со спутницей.
  Ее взгляд сказал ему многое. Он признался, что несколько дней
  лишь изредка питался бульоном и шоколадом. Так как она не знала
  причины его горя, то предложила денег и посоветовала спросить
  своего оракула. Он