акомо.
   Джакомо, который для покрытия многочисленных долгов уже тайно
  превратил в серебро часть мебели, тем не менее решил продать
  остаток, не обращая внимания на часть, причитающуюся
  родственникам.
   Через четыре месяца мать написала, что после ее ходатайства
  королеве Польши ученый монах-минорит из Калабрии был возведен в
  сан епископа, и что этот епископ Бернардо де Бернардис в
  следующем году будет проезжать через Венецию в Калабрию, возьмет
  с собой Джакомо и будет обращаться с ним как с сыном. Она
  надеялась, что через двадцать лет увидит Джакомо епископом.
  Джакомо, практичная натура из распутного семейства, уже видел
  тиару на голове и толпу аббатов и служителей вокруг епископа
  Джакомо.
   Сенатор Малипьеро советовал ему следовать богу ("sequere
  deum"), как стоики, или как Сократ - даймону, "saepe revocans,
  rare impellens", редко поощряясь, часто тревожась, или следовать
  стезе судьбы. "Fata viam inveniunt." Казанова знал
  соответствующие места: Цицерон "De divinatione", Платон, "Энеида"
  Вергилия.
   Несмотря на эти мудрые девизы, он все же потерял
  благосклонность сенатора. После одного из обедов с сенатором,
  Августой Гардела, и Терезой Имер, он остался сидеть с Терезой за
  маленьким столиком, Гардела ушла на урок танцев, а сенатор на
  сиесту. Тереза и Джакомо сидели спиной к кабинету, где
  покровитель почивал во сне.