газет. Должен ли Казанова в восемнадцать
  лет жить далеко от культуры, без духовного соперничества?
   Глядя на сокрушения Казановы, епископ грустно улыбнулся и
  обещал все, что может сделать его счастливым.
   На другой день во время службы Казанова увидел весь клир и
  большую часть общины. Люди таращились на его тонкую одежду и
  выглядели настоящими быками и коровами, женщины были безобразны,
  мужчины глупы.
   Тогда Казанова заявил епископу, что в этом городе он за
  несколько месяцев определенно умрет от тоски.
   "Дайте мне ваше благословение и отпустите меня! Или лучше
  уедем вместе! Я обещаю, что мы оба найдем наше счастье!" Над этим
  предложением епископ смеялся целый день.
   Потом во искупление греха он сказал Казанове, что отпускает
  его и, так как у него нет наличных, он дает ему рекомендацию к
  неаполитанцу Дженнаро Поло, который должен будет отсчитать
  Казанове шестьдесят дукатов на путевые расходы. Казанова с трудом
  уговорил епископа принять в дар дюжину серебряных бритв; святые
  братья оценили их в шестьдесят дукатов.
   Пять его спутников выглядели бандитами, и он вел себя, как у
  него нет денег; в постели не раздевался и рекомендует это всем
  молодым людям на дорогах южной Италии, классической стране любви
  к мальчикам.
   16 сентября 1743 года (одна из немногих точных дат Казановы,
  который слишком часто не придерживается абсолютной истины) он
  приехал в Неаполь. Господин