ринесенную бутылку на столик, где уже поблескивали два
  фужера. Откупорил и разлил пенистую жидкость. Подал один фужер Ирине. Она
  приняла:
   - Мерси.
   И тут я вспомнил, достал колбасу:
   - А это?
   Ирина поглядела в угол:
   - А это ему.
   Я тоже повернул голову и вздрогнул - в углу комнаты лежала громадная
  псина:
   - Дог?
   - Дог. Миша. Ты его не бойся.
   Услышав имя, собака поднялась, подошла к нам и, не обращая на меня
  никакого внимания, ткнулась мордой в поблескивающие женские колени. Ирина
  сделала глоток и раздвинула ноги. Миша просунулся под халат дальше.
  Послышался характерный лакающий звук - собака работала языком.
   Ирина, немного прикрыв глаза, пристально следила за моей реакцией:
   - Муж давно утратил свои мужские способности. А я же не могу страдать в
  одиночестве. Вот Миша мне и помогает, - она погладила псину между ушами, -
  Славный мой дружок...
   Я махом допил шампанское из фужера:
   - А я?
   Ирина расстегнула халат, так что обнажились ее живот и грудь:
   - А ты смотри. Потом, если захочешь, можешь присоединиться к нам с
  Мишей...
   С каждой секундой под воздействием собачьих ласк и моего остекленевшего
  взгляда Ирина распалялась все больше и больше. Начала постанывать,
  изгибаться. А мне совсем не хотелось быть собачьим партнером. И я восстал из
  кресла:
   - Ира, я.., я хочу, чтобы мы были вчетвером.
   - Вчетвером?