ом. Но что-то там у прилавка изменилось, и все отпрянули на прежние
  места. Я же, занятый своими мыслями, задний ход дать не успел - сурово
  наступил на ногу впередистоящего гражданина,.. гражданки,.. женщины,..
  девушки.
   Попавшая под мой испанский сапожок ойкнула от боли, обернулась:
   - Что же вы делаете?
   Я виновато выпалил:
   - Извините, - глянул на ее ногу.
   Бог мой, как же я так. Порвал ей колготки (или чулки, уж не знаю). И
  кожу, содрал кожу на ноге. До крови.
   Поднимаю глаза. Девушка, увидев на своей ноге красные капли, побелела:
   - Ужас.
   Весь мой репортаж тут же испарился из головы. Я засуетился:
   - Сейчас. Сейчас.
   Хватаюсь за карман: бинт, платок, перевязать... Но когда у меня было
  что-нибудь подходящее для таких случаев при себе?
   Девушка, овладев собой, лезет в сумочку. Достает лейкопластырь (и чего
  только нет в женской сумочке?).
   Я протягиваю руку:
   - Давайте помогу.
   Она отстраняет:
   - Спасибо, вы уже помогли.
   Пытается сама залепить ранку, но она в таком месте, что проделать
  необходимую операцию без чужой помощи очень трудно.
   Приседаю рядом. Беру из рук пострадавшей пластырь, заклеиваю ранку.
   Встаю и еще раз извиняюсь. Сочувственно интересуюсь:
   - Больно?
   Она покачивает головой:
   - Да уж, вы не пушинка. И такой сапог у вас... Хотя мне, наверное,
  повезло: могли бы и ногу сломать...
   Естественно,