засвистала. Послышался женский свист и
  визг.
   Оркестранты все убыстряли темп и вот на эстраду вырвались три
  молоденькие негретянки, потом девочки, совершенно голые, и закружились в
  бешенном танце.
   Публика неиствовала. От свиста, криков, хлопков, казалось, обрушится
  потолок. А гибкие фигурки танцовщиц мелькали на сцене, выбивая босыми
  ногами бешенную чечетку.
   И вдруг оркестр смолк. Свет потух и только два мощных прожектора
  образовали на сцене сверкающий круг. Негритянок уже не было.
   Мысли моей спутницы, между тем, приняли весьма чувствительный оттенок
  и она, вплотную подвинувшись ко мне и незаметно поглаживая под столом мой
  половой орган, принялась рассказывать о связях своих подруг и знакомых из
  общества с неграми и даже высказывала совершенно откровенно свое желание
  удовлетворить похоть с одним из них, да еще в моем присутствии!
   Кое-что в ее болтовне было интересно и волнующе, но ее мысль о любви
  втроем, да еще с негром, мне совершенно не импонировала.
   Она была возбуждена, нервно мяла под столом мой полунапряженный член
  и готова была отдаться мне тут же и в любой позе.
   Однако к этому я не был расположен...
  
   * * *
  
   Хаяси вновь прервал чтение письма, порылся в папке с донесениями
  агента Мацурами и, вынув несколько листков, принялся их просматривать.
  
   * * *