имело смысла.
  Следить за ним на открытой улице, хотя бы и ночью, а тем более в
  каком-нибудь частном помещении, куда он вел юношу, было сопряжено только с
  опастностью немедленного разоблачения и без всякой надежды на успех.
   Я опустился на стул и машинально следил за довольно упитанным японцем
  - кельнером, обслуживавшим Боба Джерми. Не найдя его за столом кельнер
  небрежно сунул в карман оставленную купюру и направился, повидимому на
  кухню. Однако, по пути туда, он бросил вокруг себя испытующий взгляд и
  юркнул в туалетную комнату.
   Внезапно, еще совсем не осознанная мысль заставила меня сорваться с
  места и устремиться в туалетную комнату, дверь вкоторую я тот час открыл
  рывком.
   К первому мгновению я успел уже приготовиться и моментально
  зафиксировал фигуру кельнера, стоявшего у правой стены, на которой в
  изящно инкрустированом бра горела лампа. Японец стоял спиной к двери и
  внимательно разглядывал один из углов ассигнации. Почти одновременно со
  звуком открываемой мной двери, рука японца, смяв бумвжку, опустилась в
  карман и он, приняв безразличный вид, выскользнул из туалетной комнаты,
  низко склонив голову.
   Кельнер успел пробыть там три, может быть четыре, но ни в коем случае
  не пять секунд!
   Таким образом, мне удалось открыть одного из агентов человека со
  шрамом.
   Выйдя из туалетной комнаты, я уселся за столик и долго, но тщетно
  искал