. Там уже наверняка заговорят...
  А нет, что ж... еще есть двенадцать ступеней...
   Одэ говорил и одновременно знаками руководил своей "прилюдией".
   Один из "капюшонов" отодвинув от стены какое-то кресло, оббитое
  блестящими желтыми пластинками, и стал прилаживать к нему провода и
  металические приспособления. Другие "капюшоны" возились со своими
  арестованными, приготовляя их к чему-то...
   - После девочки ваша очередь, мадмуазель. Или может быть...
   "Лучше смерть", - подумала я, - "чем доставаться этим палачам. Этот
  негр... Нет, нет!... Все что угодно... Впрочем, это ведь только прелюди
  я... А пыток мне не выдержать..."
   Меня бил озноб, по спине бегали мурашки, на лбу выступили капли
  холодного пота.
   На мгновенье я представила себе, как меня будут растягивать на этой
  "кровати", на груди и животе этого чудовища, а мерзавец Одэ...
   "Нет, этого я не выдержу!"
   Голова стала заволакиваться туманом, я почувствовала, что скоро упаду
  в обморок.
   - У меня затекли руки и кружится голова, - пробормотала я. - Дайте
  мне воды.
   - Вы будете говорить?
   - Да, только отпустите меня.
   Очки Одэ торжественно блеснули. - Освободите ее! - приказал он.
   И вот мои руки свободны, пальцы шевелятся...
   Возле кровати возня прекратилась в ожидании приказаний Одэ и только
  высокий японец не в силах был оторваться от насилуемой им беспомощной
  жертвы...
   В