о? Почему ее
  привезли сюда под охраной? Я знал, что в этот госпиталь привозят только
  военных и... таких, как я...
   И вдруг, как молния мысль - Марсель! Неужели Марсель? Может быть ее
  как и меня хотели убрать?
   Эта мысль не давала мне покоя и я знал, что так и будет до тех пор,
  пока я не увижу ее. Ах, если бы я мог ходить! Надо попытаться. А то совсем
  распустился. Валяюсь как чурбан. Меня охватила злость. Сев на кровать, я
  попытался спустить на пол ноги. Ощущение резкой, но терпимой боли в груди
  не остановило моих попыток. И вот мои ноги уже на полу. Весь мокрый от
  усилий я жадно ловил ртом воздух. В груди что-то клокотало, но я боялся
  только одного, что бы не пошла горлом кровь. Но, кажется, все в порядке.
  Постепенно мне становилось лучше. Боль проходила, дышать стало легче. Я
  стоял и улыбался. Отхлебнув с чашки чего-то вкусного, что принесла Кито, я
  почувствовал себя совсем хорошо. Только голова слегка кружилась... Я
  осторожно лег и дал себе задение в течение трех дней встать на ноги. Врача
  обманывать по прежнему. Поменьше возиться с девчонкой. Брать ее только
  тогда, когда терпеть будет невмоготу. Добиться, чтобы Кито перевели к
  француженке. Разработать наилучший вариант побега. Вот пока все.
   Я начал неуклонно добиваться своей цели.
   Через три дня, с помощью Кито, я уже стоял на своих еще дрожащих
  ногах. Шагнуть еще боялся, но все таки стоял, опираясь одной рукой