инокие фигуры людей спешили
  укрыться в помещении. Согнувшись, я быстро пересек двор и остановился,
  осторожно подошел с боку к интересовавшей меня машине. Сквозь сетку дождя
  я увидел, как двое санитаров вытащили из машины носилки с каким-то больным
  и заторопились с ним в корпус. Еще более сжавшись я тихо приблизился к
  машине. В кабине едва различимо мерцал огонек - шофер курил. Задняя дверца
  была открыта. Соблюдая величайшую осторожность я забрался в кузов и лег у
  низенького сидения у передней стенки. В кузове было темно и пахло
  лекарством. Покусывая губы и сжимая в руке пистолет, я замер в ожидании.
  Крупные капли дождя били по крыше машины, не переставая и я услышал
  шлепанье ног возвращавшихся санитаров лишь у самой машины. Я замер в
  страшном напряжении. Еще секунда и я услышал, как санитары с шумом
  вдвинули носилки в кузов, захлопнули дверцу и крикнули что-то шоферу.
  Машина тронулась. Короткая остановка у ворот и я свободен! Свободен! Это
  слово стучало у меня в голове тысячью молоточков.
  
  
  
   В ОТЕЛЕ ЭКЗЕЛЬСИОР
  
   Струя вечернего прохладного воздуха, проникая через настеж раскрытые
  окна, приятно освежало просторную комнату отеля. Смягченные расстоянием
  характерные звуки и шумы жизни большого города доносились с наружи.
   - Уверен, что в этом госпитале действует рука "мирных людей", -
  задумчиво сказал Хаяси, откладывая рассмотренную