аметила до невозможности растянутый анус Эльзы,
  сжимавший тоненьким кольцом член брюнета...
   Наблюдала я украдкой и другие сцены, от которых все у меня делалось
  мокрым между ног, а клитор напрягался до боли. Иногда я силой сжимала
  бедрами свои половые органы, но не ананировала. И теперь всячески избегала
  онанизма, ожидая Реда. И всякий раз за свою сдержанность и терпение я
  награждалась сторицей.
   Два раза Мария старалась возобновить со мной былые интимные
  отношения, но всякий раз я негодовала и отвергала все ее попытки в этом
  направлении. Я в этом теперь не нуждалась и кроме того испытывала к ней
  ненависть. "Проклятая, красивая шпионка желтого дьявола" - думала я о ней.
   В любовных утехах Ред был неутолим. Я же в силу новизны ощущений не
  уступала ему, стараясь возбудить в себе страсть женщины.
   Сперва я не ощущала еще настоящего безумного наслаждения, которое
  сжигает женщину, обладающую чувственным сладострастием и заставляет
  отдавать себя всю, без остатка во власть мужской силы. Зато я старалась
  довести Реда до такого состояния, чтобы он все время находился в
  возбуждении и хотел бы меня снова. Вот когда мне пригодилась вся моя
  теория сладострастия, которую я добросовестно изучала в последнее время в
  нашей школе до мельчайших подробностей и деталей.
   Я истязала Реда любовными наслаждениями и самыми утонченными ласками.
  Я принимала иногда такие