нее
  уже начался.
   Я встряхнула ее за плечи, помогая Реду проводить ее до двери, вручила
  ей плетку и поправила сзади платье.
   - Ну же, уходи! - понукала я ее.
   У Марии дрожали колени, подгибались ноги, живот и бедра неестественно
  выгибались. Уходя она бросала на меня такой взгляд, что я поспешила
  отвернуться и закрыть за ней дверь.
   Я вздохнула было спокойнее, но заметила немного растерянный вид Реда,
  прохаживающегося по комнате и сильно выпячивающиеся у него спереди брюк
  и... От возни с похотливой Марией он у него встал колом! Какой ужас!...
   Был бы у меня под руками нож я, кажется, не задумываясь бросилась бы
  в след за ней, за Марией и...
   Кое-как через некоторое время обоюдными усилиями инциндент этот был
  заглажен и забыт и мы легли в кровать. Но когда Ред брал меня его
  задумчивость, которую я подметила во время странной экзекуции над Марией,
  не покинула его, разговаривал он во время совокупления еще меньше, чем
  обычно, а вернее совсем молчал, но брал меня еще страстнее слаже и
  бесстыднее, чем обычно.
   Изнемогая от похоти, я особенно задумывалась над всем этим, но
  неожиданно задыхаясь и прижав мне членом матку, Ред сказал:
   - А ты... ты видела какой у нее клитор?... Как орган у мальчика.!! А!
   И еще что-то он говорил о возможностях ее клитора... И странное дело,
  сжигавшая меня ревность, настолько усилила мою похоть, что я неожиданно
  для себя