- Времени у нас мало. Через две недели мы должны быть в Токио. А нам
  еще очень много сделать надо здесь.
   - Мне нравиться Филадельфия, - задумчиво произнесла Ицида, поглядывая
  сквозь створки жалюзи на видневшиеся громады домов.
   - Чтож можешь ею насладиться сколько хочешь. Ты много сделала
   - А как письма? - Я просматрел только пять из них. Кое-какие детали и
  думается попытка вербовки... Но еще не ясно. Остальные я лишь бегло
  пролистал, но есть в них кое-что и наличными...
   - Каким образом!
   - Подумаем еще... А пока, дня на два ты свободна, поддерживай только
  связь с Генри, Мацудой и остальными и сообщай обо всем мне немедленно.
  Хочешь ванну?
   - Пожалуй, - проговорила Ицыда, открывая дверь в другое помещение
  большого трехкомнатного номера фешенебельного отеля "Эксцельсиор".
   Некоторое время попыхивая сигарой хаяси задумчиво смотрел через
  жалюзи на широкий, оживленный проспект, на превосходный вид запасной части
  города с красивыми архитекрурными сооружениями, но, по-видимому мысли его
  были далеко от этого зрелища.
   Мягко по-кошачьи, повернувшись и бросив колючий взгляд на торопливо
  перебиравшую клавиши машинистку-секретаршу, Хаяси взял очередную папку
  исписанных листов, поудобнее умостился на широком кожанном диване и
  углубился в чтение шестого по счету письма...
  
  
  
   Письмо шестое
  
   Бернвиль, 14 апреля