ак
  следует наказать ее, чтобы впредь подобного не повторилось.
  
  -- С удовольствием, -- бесстрастно ответил англичанин.
  
  Этот разговор состоялся в соседней с салоном маленькой комнате овальной
  формы. Пол покрывал красивый паркет, и единственное, что стояло там из
  мебели был инкрустированный перламутром черный круглый столик. На
  предательство О. ее возлюбленному потребовалось всего три минуты. Затем он
  жестом попрощался с сэром Стивеном, улыбнулся ей и вышел. О. подошла к
  окну: Рене так и не обернулся. Она услышала, как хлопнула дверца машины и
  заурчал мотор -- ее возлюбленный, бросив ее, торопливо уехал. О. поймала
  свое отражение в маленьком вделанном прямо в стену зеркале и вздрогнула
  увидев свое бледное от отчаянья и страха, белое, как бумага, лицо.
  
  Проходя мимо посторонившегося перед ней сэра Стивена в салон, она заметила,
  что он тоже сильно побледнел. На какое-то мгновение, у нее в сознании
  мелькнула шальная мысль, что он любит ее, мелькнула и тут же исчезла, под
  натиском безжалостных доводов рассудка. И все-таки ей почему-то стало
  легче. Она покорно разделась по первому же знаку сэра Стивена.
  
  Обычно он вызывал ее сюда два-три раза в неделю и неторопливо наслаждался
  ею, иногда заставляя просто стоять перед ним обнаженной по часу и больше.
  Все его действия и приказания повторялись из раз в раз с удивительной
  точностью