с решимостью судьи и мастерством исповедника.
  О., отвечая, видела в зеркале, как шевелятся его губы.
  
  -- Были ли у нее мужчины, кроме него и Рене, после того, как она вернулась
  из Руаси?
  
  -- Нет.
  
  -- Возникало ли у нее желание отдаться какому-нибудь приглянувшемуся ей
  незнакомому мужчине?
  
  -- Нет.
  
  -- Ласкала ли она когда-нибудь сама себя?
  
  -- Нет.
  
  -- Были ли у нее подруги, которым она позволяла ласкать себя, или сама
  ласкала их?
  
  -- Нет, -- на этот раз не очень решительно.
  
  -- А подруги, к которым бы она испытывала желание?
  
  -- Пожалуй, есть -- Жаклин. Правда, ее трудно назвать подругой, скорее она
  просто хорошая знакомая.
  
  Узнав, что у О. есть фотографии Жаклин, сэр Стивен попросил показать ему
  их.
  
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
  
  Когда Рене, взлетев бегом на пятый этаж и тяжело переводя дыхание,
  показался в квартире, О. и сэр Стивен по-прежнему находились в салоне,
  где с интересом рассматривали разложенные на большом овальном столе
  черно-белые фотографии Жаклин. Сэр Стивен брал их по одной из рук О. и,
  посмотрев, небрежно бросал на стол рядом с собой. Свободную руку он
  запустил О. между ног. Не отпуская ее, сэр Стивен поздоровался с Рене и с
  этого момента разговаривал уже только с ним.
  
  Между ними было заключено устное соглашение относительно О. и она была
  всего лишь предметом -- все решалось помимо ее. Близился