се-таки кто бы мог сказать, что заставило Жаклин принять предложение О.,
  и не был ли Рене истинной причиной тому?
  
  С матерью Жаклин предстояло разговаривать О. и никогда в жизни она не
  чувствовала себя так неловко, как, когда стояла перед этой стареющей
  женщиной, благодарившей ее за внимательное и доброе отношение к дочери.
  Правда, в глубине души, О. не признавала себя предательницей или посланцем
  некоего мафиозного клана, и говорила себе, что у нее хватит воли
  воспротивиться сэру Стивену и она не позволит ему вовлечь Жаклин ни во что
  дурное. Во всяком случае, так ей тогда казалось.
  
  Но жизнь распорядилась по-своему, и не успела еще Жаклин переехать к ней
  (девушке была отдана комната Рене, благо, что он почти не пользовался ею,
  предпочитая одиночеству широкую и теплую постель О.), как О., никак не
  ожидая от себя подобного, вдруг с удивлением поняла, что она страстно хочет
  обладать Жаклин и готова добиваться этого любой ценой, вплоть до выдачи ее
  сэру Стивену. При этом она успокаивала себя тем, что Жаклин своей красотой
  сама (и лучше чем кто-либо другой) способна защитить себя, и если уж с
  девушкой и произойдет нечто подобное тому, что произошло с ней, с О., так
  разве это так уж и плохо? И О., временами все же не желая признаваться себе
  в этом, с трепетным, сладострастным замиранием сердца ждала когда
  она сможет увидеть рядом