астлива тем, что он
  допускает ее до себя и терпит ее ласки. Его приказы были для нее манной
  небесной.
  
  Кабинет сэра Стивена располагался прямо над серо-желтым салоном и был
  значительно меньше его. Здесь не было ни дивана, ни канапе, зато стояла
  пара старинных кресел, накрытых ковровыми с вытканными цветочными узорами
  покрывалами. О. иногда сидела в одном из них, но чаще сэр Стивен
  предпочитал, чтобы она стояла рядом, на расстоянии вытянутой руки, с тем
  чтобы он всегда смог достать до нее. Когда англичанин хотел поласкать ее,
  он позволял ей присесть на стоящий слева от его кресла и упирающийся торцом
  в стену большой письменный стол. Тут же стоял и книжный стеллаж, приютивший
  на своих полках несколько словарей и телефонных справочников, и О., сидя на
  столе, могла боком опираться на этот стеллаж. Телефон находился за ее
  спиной, и когда он начинал звонить, она всякий раз вздрагивала от
  неожиданности. Поднимая трубку, она спрашивала "Кто там?", потом повторяла
  услышанное сэру Стивену и в зависимости от того хотел ли он разговаривать
  или нет, она, либо передавала ему трубку, либо, вежливо извинившись,
  опускала трубку на рычаг аппарата.
  
  Если к сэру Стивену приходил посетитель, Нора, объявив его, уводила О. в
  соседнюю с кабинетом комнату, потом, когда гость уходил, она возвращалась
  за ней. Обычно, за то время, пока О. находилась