тливой.
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
  
  Приближался июль. Жаклин уехала куда-то на съемки фильма; сказала, что
  вернется не раньше августа. О. больше ничего в Париже не удерживало. Рене
  собирался ехать в Шотландию, к родителям, и для вида немного сокрушался по
  поводу рапзлуки с О. В какой-то момент у О. мелькнула надежда, что он
  возьмет ее с собой, но тут же угасла, когда она вспомнила, что сэр Стивен
  должен везти ее к Анн-Мари, а Рене, естественно, не будет противиться
  этому. Так оно и произошло, и сэр Стивен сообщил, что приедет за ней, как
  только Рене улетит в Лондон.
  
  -- Мы прямо сейчас едем к Анн-Мари, -- сказал сэр Стивен, едва переступив
  порог ее квартиры. -- Она уже ждет нас. Вещей никаких не надо. Вам ничего
  не понадобится.
  
  На этот раз он привез ее в небольшой красивый дом, одиноко стоявший в
  глубине пышного, но немного запущенного сада. Это было совсем неподалеку от
  леса Фонтебло. Было два часа дня, лениво жужжали мухи и припекало солнце. В
  ответ на звонок залаяла собака -- большая немецкая овчарка. Когда они
  подходили к дому, она обнюхала ноги О. Повернув за угол, они увидели
  Анн-Мари. Женщина сидела в шезлонге в тени большого ветвистого бука.
  Лужайка, выбранная ею для полуденного отдыха, тянулась от края сада к самым
  стенам дома. На их появление Анн-Мари никак не прореагировала. Она даже не
  поднялась им навстречу.
  
  --