казал Анн-Мари:
  
  -- Замечательно, давайте сейчас, если вы не против.
  
  На столе стояла сделанная из кожи шкатулка. Анн-Мари открыла ее и вытащила
  оттуда два разобранных кольца, на каждом из которых было выгравированно:
  имя О. и имя сэра Стивена.
  
  Сэр Стивен мельком взглянул на них и громко произнес:
  
  -- Ставьте.
  
  Ивонна приподняла О., и О. судорожно напрягшись, почувствовала холод
  входящего в ее плоть металла. Соединяя две части кольца, Анн-Мари
  проследила за тем, чтобы диск, той его стороной, на которой был нанесен
  черно-золотой рисунок, оказался повернутым наружу. Она сжала кольцо
  ладонью, но, видимо, пружина была слишком жесткой, и дуги до конца не
  доходили. Пришлось отправить Ивонну за молотком. О. немного наклонили к
  столу и развели в стороны ноги, потом, прижимая одну половину кольца к
  каменной плите, как к наковальне, начали ударять маленьким молотком по
  другой и в конце концов, свели вместе дуги. Пружина, щелкнув,
  застопорилась. Раз и навсегда. Сэр Стивен, за все это время не произнесший
  ни слова, поблагодарил Анн-Мари и помог О. подняться. О. тут же
  почувствовала, что эти кольца гораздо тяжелее тех, что она носила в
  предыдущие дни. И тяжесть эта была не только физической.
  
  -- Клеймо тоже сейчас? -- спросила Анн-Мари сэра Стивена.
  
  Англичанин молча кивнул головой. Он поддерживал за талию едва
  стоящую на ногах