дозревающая Жаклин стонала от наслаждения:
  грудь ее была напряжена, руки -- откинуты назад, ими она ухватилась за
  стойку кровати. Когда наконец О. приоткрыв ее плоть, защищенную мягкими
  светлыми волосами, принялась целовать и теребить губами маленький комок
  плоти, Жаклин не выдержала и негромко закричала. О. чувствовала, как ее
  влажная плоть дрожит, и не давала ей даже передохнуть, заставляя кричать от
  наслаждения, пока ее подруга внезапно не расслабилась и не умолкла. Это
  случилось так внезапно, что О. показалось будто внутри Жаклин лопнула
  какая-то пружина.
  
  Спустя некоторое время О. проводила подругу в ее комнату, а в пять часов
  туда зашел Рене и застал Жаклин уже выспавшейся и одетой. Они еще с утра
  договорились взять с собой Натали и прокатиться вдоль побережья на яхте;
  такие прогулки они предпринимали нередко, особенно если после полудня на
  море появлялся легкий бриз.
  
  -- А где же Натали? -- поинтересовался Рене.
  
  Они зашли в ее комнату, потом обыскали весь дом, но девочку так и не
  обнаружили. Рене отправился в сад и принялся громко звать ее, решив, что
  она задремала где-нибудь на траве. Он дошел до маленькой рощицы пробковых
  деревьев, которая отмечала границу сада, но на его зов так никто и не
  ответил.
  
  -- Наверное, она уже где-нибудь на берегу, -- высказал он
  предположение, вернувшись к дому, -- а может, ждет нас