е шоссе. Все, что оставалось в тени, было
  словно скрыто за слоем китайских чернил. Редкие жители, стоявшие у домов,
  провожали любопытными взглядами проносящуюся машину с закрытым брезентом
  верхом. В фантастическом лунном свете оливковые деревья казались им
  парящими в метре над землей серебряными облаками, а кипарисы напоминали
  сказочных птиц. Ночной пейзаж представлялся им абсолютно нереальным,
  будто в нем не осталось ничего материального, за исключением, разве что,
  запахов шалфея и лаванды.
  
  Дорога все круче шла в гору. Земля отдавала жар, накопившийся в ней за
  день, и поэтому О. скинула с плеч плащ, решив, что вряд ли здесь ее
  кто-нибудь увидит: дорога казалась совершенно пустынной.
  
  Через несколько минут машина въехала на холм, который обступила зеленая
  дубовая рощица, и сэр Стивен затормозил у высокой каменной стены с
  большими воротами, тут же распахнувшимися перед автомобилем. Они
  въехали внутрь.
  
  Сэр Стивен сразу же остановил машину и, выйдя из нее первым, помог
  выбраться Натали. Он потребовал, чтобы О. оставила плащ и босоножки в
  салоне, и когда она подчинилась, толкнул большую деревянную дверь.
  
  За дверью оказалось какое-то подобие внутреннего дворика, вымощенного
  каменными плитами и замкнутого между трех сводчатых аркад. Четвертая
  сторона двора выходила к широкой, с такими же каменными плитами, террасе.
  Во дворе