нные руки были походили на
  ручки старинной благородной амфоры. Под мышками было гладко выбрито, и на
  бледной коже поблескивали мелкие капельки пота. Потом Жаклин сняла браслеты
  и положила их на столик. О. показалось, что звякнула железная цепь.
  Светлые, почти белые, волосы и смуглая, цвета влажного морского песка,
  кожа... О. почувствовала тонкий запах духов и, сама не понимая почему,
  вдруг подумала, что алый цвет шелка на снимках, почти наверняка,
  превратится в черный...
  
  В этот момент девушка подняла глаза, и их взгляды встретились. Жаклин не
  мигая и открыто смотрела на нее, и О., не в силах отвести глаз от зеркала,
  почувствовала что краснеет.
  
  -- Прошу меня простить, -- сказала Жаклин, -- но мне нужно переодеться.
  
  -- Извините, -- пробормотала О. и, отступив назад, закрыла за собой дверь.
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
  
  На следующий день пробные фотографии были готовы. Вечером О. должна была
  пойти с Рене в ресторан и она, не зная еще стоит ли ей показывать эти
  снимки возлюбленному, решила все-таки взять их домой. И вот теперь, сидя
  перед зеркалом в своей спальне и наводя тени на веки, она время от времени
  останавливалась с тем, чтобы посмотреть на разложенные перед ней фотографии
  и коснуться пальцем твердой глянцевой бумаги. Тонкие линии бровей,
  улыбающиеся губы, груди... Услышав звук ключа, поворачиваемого в замке
  входной двери,