хотел разделить с сэром Стивеном то, что больше всего любил сейчас -- ее. И
  поэтому обнажил О. для англичанина. Всего полчаса назад, когда она,
  полуголая, стояла рядом с Рене на коленях, он раздвинув ей бедра,
  рассказывал сэру Стивену о растянутости ее заднего прохода и говорил, что
  он всегда помнит о пристрастиях своего брата. Потом он добавил, что если
  сэр Стивен хочет, он охотно предоставит ему это отверстие в единоличное
  пользование.
  
  -- Что ж, -- сказал сэр Стивен, -- замечательно, -- но тут же заметил: --
  Не смотря на все ваши старания, я все же могу причинить ей боль.
  
  -- Она принадлежит вам, -- ответил Рене. -- И будет счастлива угодить
  любым вашим желаниям. -- Он наклонился и поцеловал ей руку.
  
  О. была потрясена услышанным: с такой легкостью отказаться от части ее
  тела! Она не могла в это поверить. Выходило, что возлюбленный дорожил
  сэром Стивеном больше чем ею. Теперь она понимала, что не всегда слепо
  доверяла Рене, не верила в часто повторяемые им слова о том, что он
  любит ее и получает огромное удовольствие от ее безоговорочного
  подчинения ему. Еще одним признаком, указывающим на особое отношение ее
  возлюбленного к сэру Стивену ("Что-то близкое к почтительности", --
  подумала О.) явилось для О. то, что Рене, который обычно испытывает
  острое наслаждение, видя как ее насилуют чужие руки и плоть, который
  всегда с