она вернулась в свою комнату и забралась под одеяло.
  Оконные шторы были открыты; за окном царила ночь. Перед тем как уйти к
  себе, сэр Стивен подошел к О. и, так же, как тогда в баре ресторана, когда
  он помог ей сойти с табурета, нежно поцеловал ей пальцы на левой руке. Этот
  знак внимания был настолько странен и приятен, после только что учиненного
  над ней варварского насилия, что О. заплакала.
  
  Уснула она только под утро.
  
  
  
  * * *
  
  
  
  
  Проснулась она в одиннадцатом часу. Служанка -- пожилая мулатка -- принесла
  ей кофе, приготовила ванну и подала одежду. Шуба, перчатки и сумочка
  оказались там, где она их оставила -- на диване в салоне. Комната была
  пуста; шторы на окнах открыты, жалюзи подняты. Сразу за окном виднелся
  маленький и очень зеленый, точно аквариум, садик, поросший плющом и
  остролистом.
  
  О. уже надела шубу, когда служанка протянула ей письмо, оставленное для нее
  сэром Стивеном. На конверте стояла только одна заглавная буква "О". Само же
  письмо представляло из себя две написанных на листе белой бумаги строчки:
  "Звонил Рене. В шесть часов он заедет за вами в агентство." Вместо подписи
  стояла буква "S", и еще ниже шел постскриптум: "Хлыст приготовлен для
  следующего раза".
  
  О. осмотрелась: между двумя креслами, в которых вчера сидели Рене и сэр
  Стивен, стоял сейчас небольшой столик, и на нем возле вазы, полной