ам.
   - Что бы они подумали обо мне, если бы узнали, что я избрал женщину
  своим гидом?- рассмеялся Гвидо.
   - Они были достаточно великодушны, чтобы подумать, будто ты хочешь
  последовать за мной по пути, ведущему к двум добродетелям, которые они
  ценили превыше всего: правдивости и справедливости.
   - Не слишком ли высоко ты сама оцениваешь их?- с сомнением спросил
  Гвидо.
   - Тогда почитай "Книгу мертвых", главу "Суд сердца". Когда фараон
  предстал перед высшим судом загробного мира, возглавляемым Осирисом,
  возле которого стояли Исис, Нефитис, Ра и еще сорок два божества, его
  сердце положили на одну чашу весов. Кто же еще мог стоять на другой, как
  не Маат, воплощение правды и справедливости.
   Взглянув на девушку, Гвидо тихонько усмехнулся, но она продолжала,
  устремив вдаль невидящие глаза, точно вглядываясь в картины, проходящие
  перед ее мысленным взором.
   - Бог смерти Тот с птичьей головой следил за чашами весов. И если зло
  перевесит, то адское чудовище разорвет лживого фараона на части.
   - Почему лживого?
   - Потому что прежде чем сердце его было брошено на весы, он произнес
  "Декларацию невинности":
  
   Я никогда не совершал беззакония.
   Я никогда не причинял людям зла.
   Я не поднял руки на человека.
   Я никогда не лишал человека того, чего он желает.
   Я никогда не заставлял людей плакать.
   Я не убивал.
  
   Тронутый необычными нотками в голосе девушки, Гвидо