, сколько времени это продолжалось...
   - Самое лучшее совокупление,- повторял он про себя,- самое
  удивительное и прекрасное в моей жизни! Его губы встретились с губами
  Ванессы.
   - Я люблю тебя!- пробормотал он.- Люблю тебя!
   Губы Ваны тоже шевельнулись, но Гвидо не услышал, что она сказала.
  
  Глава четвертая
  ВЕЧНОСТЬ ОДИНОЧЕСТВА И СКОРОТЕЧНОСТЬ ЛЮБВИ
  
   - Холеная остроконечная борода Незрина Адли, его благожелательная
  улыбка, приветливое выражение лица и костюм из "Сесиль Роу" внушали
  доверие. Глубокий серьезный голос соответствовал роскошной обстановке
  кабинета. Гвидо признался себе, что сам едва ли способен так же
  правильно говорить по-итальянски, как этот иностранец. За минуту до
  этого Адли обращался к своему секретарю, и Гвидо отметил, что этот
  дипломат так же силен и в английском. Он говорил, как выпускник
  Оксфорда, которым, без сомнения, и являлся.
   - Рад с вами познакомиться,- сказал он.- Тем более, что вас горячо
  рекомендовал мой лучший друг Гатто, первый секретарь вашего посольства.
  Ему я ни в чем не могу отказать.
   Гвидо ошеломленно посмотрел на него, вспоминая этого типа,
  настаивавшего, чтобы его имя не упоминалось при Адли.
   - Ах, этот,- услышал он свой запинающийся голос.- Он...
   - Да?
   - Нет, ничего. Извините.
   Хозяин несколько секунд разглядывал его с явным удивлением, потом
  продолжал:
   - Я знаю,