просто хотел, чтобы вы остались у него на крючке. Адли ведь сластолюбец,
  вы заметили?
   - Не заметил,- пробурчал Гвидо.
   - Ну конечно, он сластолюбец. Только не говорите, что не знаете, как
  по движениям человека определять его желания.
   Гвидо уже не пытался сориентироваться среди окружающих его миражей.
  Он сухо спросил:
   - Так что я должен делать?
   - Ничего. Вообще ничего. Предоставьте событиям развиваться.
   Некоторое время оба молчали. Гвидо коснулся своего члена и расстегнул
  две брючные пуговицы. Он так часто ублажал самого себя, разговаривая по
  телефону с женщинами, что это стало своего рода привычкой. Сейчас Гвидо
  не хотел задумываться над тем, что Никое - мужчина. Никое снова
  заговорил - негромко, тепло и нежно:
   - Меня беспокоит не отношение каирских властей. Гораздо важнее, как
  вас примут в Сивахе. У тамошних жителей прямо аллергия на чужаков.
   - Они сразу поймут, что я хочу им добра.
   - Надеюсь, вам удастся это доказать. Мне бы очень не хотелось, чтобы
  вам причинили вред.
   - Человек должен рисковать, чтобы стать счастливым.
   - Не ждите там особых удобств. В этом оазисе нет ни "Хилтона", ни
  мягких постелей.
   - Я и не рассчитываю на эти удовольствия. Надеюсь, что там мне
  встретятся другие.
   - О, конечно! Вам очень многое понравится в Сивахе. И вы забудете о
  нас.
   - Вы говорите, словно уверены, что я получу разрешение туда
  отправиться.