ть. Сначала подняли старуху и
  усадили ее в подушки. Затем попытались утихомирить разбушевавшуюся Машу,
  которая с упорством, достойным лучшего применения, повторяла:
   - Нет, вы скажите, как она поменяла цвет глаз? Наконец, все затихли,
  расселись, нашли коньяк и посмотрели на Андре. Та сказала:
   - Вообще-то, мы давно собирались рассказать, что к чему... Но вам
  придется набраться терпения, история долгая.
   Мы все согласно закивали головами. - Я очень рано поняла, - начала Андре,
  - что мать меня не любит. Нет, нет, не подумайте, что со мной плохо
  обращались! У меня было все, что только можно пожелать: игрушки, конфеты,
  позднее - красивая одежда и престижная школа. Но сердце матери было отдано
  Жану, а отец меня просто не замечал. Если я начинала приставать к нему с
  каким-то вопросом, то он отмахивался либо совал стофранковую купюру со
  словами: "Пойди поешь мороженого!" Не могу сказать, что я страдала из-за
  всего, просто рано поняла, что я девочка, а он хотел еще одного сына -
  наследника. И все бы ничего, но на свой четырнадцатилетний день рождения Жан
  устроил целый скандал. Взял подаренный ему водяной пистолет, зарядил его
  краской и выстрелил при гостях прямо в отца. Мама постаралась превратить это
  в дурацкую шутку, и, надо сказать, ей это удалось. Все подумали, что Жану
  первый раз дали , попробовать шампанское, и он опьянел, даже шутили: "Пьяный
  младенец - позор семьи". И вот после этого дня рождения