на начала изменять Аллану. Однако Господь покарал прелюбодейку -
  бедняжка умерла страшной смертью. Мне ее даже жаль. Знаете, Аллан сказал,
  что, если я откажу ему, он продаст все, что имеет, и уедет в Италию, где
  будет опять чинить машины!
   Тина стала поправлять волосы.
   - Помните, в тот день, когда вы прилетели в Париж, мы ужинали у вас? Я
  кивнула головой.
   - Ну вот, до того как вы спустились вниз, - Господи, тогда в джинсах вы
  были похожи на пугало, сейчас-то одеты прилично, - так вот, до вашего
  появления Аллан вышел ненадолго, а когда вернулся, я заметила у него под
  ногтями что-то черное. Я спросила, в чем дело, а он пошутил, сказал, что
  тренировался чинить машины перед отъездом... Это, конечно, была шутка! Но
  говорят, что в каждой шутке есть доля правды!
   - Дорогая, - проговорил Аллан, распахивая дверь, - нельзя так надолго
  оставлять гостей. Даша, вы тоже здесь? О чем щебечете?
   - О тебе, дорогой, я рассказывала историю нашей любви. - Тина взяла
  Аллана под руку. - Пойдем, я уже помолилась.
   Втроем мы двинулись вниз.
   Гости оживленно болтали, их стало больше, и почти никого я не знала.
  Счастливые Прудоны принимали поздравления. Ко мне подошла Жаклин.
   - Даша, ты не видела Яцека? - От нее сильно пахло коньяком. - Если
  найдешь, не отпускай его от себя, у него с утра поднялось давление.
   Покачиваясь, она направилась к выходу.
   - Даша, - возникла за моей спиной Галина Владимировна,