рого, свет в коридоре туши, в кино надо
  ходить утром по льготному билету". Так мне хотелось послать его и вернуться
  в Москву! Одно останавливало: как представлю, что наши кафедральные бабы мне
  сочувствуют...
   И вот под Новый год зовет меня мой благоверный в гости. Приехали вечером.
  Особняк роскошный, народу полно, музыка играет, еды, выпивки завались. Луи,
  как мы приехали, двинул в столовую и давай нажираться на дармовщину. А я
  стала по дому бродить. Чуть ли не во все комнаты заглянула, очень любопытно
  было, как живут богатые французы. Хозяев я не знала, вот и бродила. И в
  ванной комнате на третьем этаже нашла парнишку. Лежит, глаза закатил. Я на
  него поглядела - очень уж на ломку похоже. У меня в Москве были приятели
  наркоманы, тоже так лежали, пока не кольнут. Полезла в аптечку, а там все
  наготове: и ампулы, и шприцы. Ну, думаю, не погибать же ему. Взяла и
  уколола. Минут через пять он глаза открыл, на меня поглядел, и, не успела я
  опомниться, как раз - уже под ним. Ну, прямо египетские страсти. Кончил он и
  вроде как заснул, а я моюсь себе потихоньку. Минут через пятнадцать, я уже и
  помылась и сигаретку выкурила, он, глаз не открывая, говорит мне:
   - Как тебя зовут?
   - Натали, - отвечаю.
   Вот тут-то он глаза не только открыл, но и вытаращил:
   - Ты женщина?
   - Нет, - говорю, - страус эму. Ты что, не понял? Вот смотри: две ноги,
  одна голова. Он как захохочет:
   - Ну и набрался же я. Я ведь гомик, меня бабы