еди Макбет, то ошибаетесь. Я просто раздавил змею, опасную
  гадюку. Ренальдо никому не принес счастья и заслужил смерть.
   Я вспомнила заплаканную Анриетту и осиротевшую крохотную квартирку возле
  Ла Бурже. Тина погладила своего будущего мужа по голове:
   - Ну говори, говори же, не молчи. И Аллан начал рассказывать:
   - Я сидел дома и спокойно читал. Вдруг раздался звонок, удививший меня, -
  ведь часы уже пробили одиннадцать ночи. Но все-таки дверь я открыл и увидел
  Андре. Конечно, несмотря на свое изумление, я предложил ей пройти в кабинет.
  Но девушка направилась прямо к дивану, села и тут же спросила:
   - Не узнаешь?
   Я удивился еще больше - Андре была со мной на "вы". Но потом сказал:
   - Конечно, я тебя узнаю, Андре, детка. Что случилось?
   - Значит, не узнаешь, - констатировала девушка и сдернула с головы парик,
  потом моментальным движением сделала что-то с глазами, и, честно говоря, я
  обалдел.
   Коротко стриженная блондинка, похожая на погибшую Лизу, тянула ко мне
  руки и плакала:
   - Папочка, это же я, твоя Лиза. Я жива, неужели ты этого не понимаешь?
   И она бросилась мне на шею. Тут уже заплакал и я. Ведь я очень любил свою
  девочку, и не по моей вине она росла в семье у матери. Но рассказать обо
  всем Мартине я не мог. Не забудьте, что весь капитал принадлежал жене, и в
  случае развода мне не доставалось ни сантима. Да и Эдуард признал Лизу - она
  официально считалась его дочерью. Представляете, какие бы пошли разговоры,
  если