романтик, и я любил ее. Понимаешь?
   - Понимаю, - неожиданно спокойно отреагировала моя подруга. - Я понимаю,
  что ты ее любил, но еще я понимаю, что никогда не сяду срать с тобой на
  одном гектаре!
   От удивления Жаклин разинула рот.
   - Давай собирайся, - повернулась ко мне Наташка, - я здесь ни минуты
  больше не останусь.
   - Но уже ночь, - пробормотала Жаклин, - идет дождь, дорога скользкая, а
  ты выпила...
   - Тронута вашим вниманием, - усмехнулась Наташка.
   С этими словами она ухватила мою сумку и буквально вытолкнула нас с Машей
  за порог.
  
  ЭПИЛОГ
  
   Январь в Париже безобразен. С неба вместо приличного снега сыплется
  нудный дождь, ветер забивается под пальто, холодно, промозгло. Холодно было
  и в кабинете комиссара Перье. Сам комиссар вырядился в толстую шерстяную
  фуфайку и стал похож на рекламу капель от кашля. Мы с Натальей сидели у
  стола, а комиссар мерил шагами небольшую комнату. Я искренне пожалела
  полицейского. Выдержать Наташкин напор неподготовленному человеку трудно. А
  Жорж Перье не успел подготовиться. Рано утром Наташка притащила меня на
  набережную Орфевр и, размахивая саблей над головой, понеслась в атаку.
   - Это что же за дурацкие законы такие! - верещала она тонким от
  возмущения голосом. - Всем все понятно, а арестовать некого. Я вам русским
  языком повторяю: Яцек сам признался, что он все знал, можно сказать, потакал
  убийце! Вот и арестуйте его!
   Комиссар тяжело вздохнул: