ьную заботу брата о младшей сестре,
  - произнес тонкий голос.
   - Они ухитрялись спорить даже тогда, когда Машка еще не умела говорить, -
  вздохнула я и вдруг поняла, что что-то здесь не так.
   - Как вы здорово говорите по-русски! - заорала, как всегда, во весь голос
  Маша. - Мамулечка, она говорит по-русски ну прямо как мы!
   - Что же здесь удивительного? - сказала Жаклин. Я ведь русская, девичья
  фамилия моей матери Коновалова. Сейчас все эмигранты прикидываются князьями,
  а я признаюсь честно - моя мама была простой девчонкой из деревни, просто
  Галька Коновалова.
   - А как же вы оказались в Париже? - заинтересованно спросила Маша.
   - Во время войны моя мать попала в оккупацию, - охотно ответила Жаклин, -
  а после побоялась вернуться в Россию. Скиталась сначала без денег, жилья и
  работы, потом устроилась судомойкой в один богатый дом. Ну а дальше все
  пошло, как в сказке. Богатый хозяин увидел бедную служанку, полюбил ее и
  взял в жены. Так что я - дитя любви!
   - Вы великолепно владеете русским языком, - сказала я, - практически без
  акцента.
   - Мать настояла на том, чтобы в доме было два языка, - пояснила Жаклин. -
  Она говорит, что, чем больше знаешь, тем лучше.
   - Ваша мать жива? - спросил Аркадий.
   - Да, слава Богу. Может быть, вы выберите день и придете к нам в гости?
  Она будет очень рада поговорить с русскими. Ностальгия, знаете ли, типично
  русская инфекция. Мать усердно смотрит вашу первую программу телевидения и
  обожает