а волосы, - подумалось мне некстати, - у корней
  не пробивался другой оттенок". И вообще, хорошо зная друг друга, мы многого
  не замечали. Откуда, например, у Наташки на шее этот небольшой шрам,
  прикрытый бусами? Может быть, она делала операцию на щитовидной железе? Бусы
  эти надела на нее Машка. Несмотря ни на что, держалась она спокойно, но вот
  в день похорон потребовала надеть на умершую бусы.
   - Наташка говорила мне, - настаивала Машка, - что хочет быть похороненной
  с этими бусами. Мы говорили с ней о похоронах, и она хотела, чтобы ее
  похоронили в них.
   Пришлось пойти ей навстречу и обмотать шею покойницы агатами.
   Процедура вскрытия завещания была мне уже знакома. Все те же лица -
  Андре, Яцек, Жаклин, Аллан, Прудоны и мы. Нотариус развел руками:
   - Мне трудно подобрать приличествующие случаю слова, мадам: за такой
  короткий срок вы потеряли зятя и сестру. Какой рок преследует вас!
   Я кивнула, хотя никогда не верила в судьбу и роковые совпадения.
   Распоряжения Наташки были короткими: кое-что на память друзьям, а
  основной капитал делился между Аркадием и Машей. Я назначалась опекуном с
  обязательным годовым отчетом о тратах. Чтобы владеть деньгами, мои дети
  должны были выполнить ряд условий. Во-первых, получить образование,
  во-вторых, обеспечить жизнь своей матери, то есть мне. Были и совсем
  странные условия: Аркадий должен был дать клятву, что никогда не будет
  ездить на автомашине