вах Машка громко зарыдала. И тут появилась Софи:
   - К вам пришли, мадам!
   - Кто?
   - Господин и госпожа Ярузельские. Я поднялась из кресла и, закрывая за
  собой дверь, краем глаза увидела, что Машка, перестав рыдать, косит на меня
  хитрым глазом. Заметив мой взгляд, она опять картинно заплакала. Определенно
  девочка что-то скрывала от меня.
   В гостиной уютно расположились Жаклин и Яцек. Я велела подать коньяк.
   - Мы подумали, что первое время вам будет одиноко, - протянула, как
  всегда, ленивым голосом Жаклин. - Вот и пришли вас проведать, а заодно и
  кое-что предложить. Вы могли бы какое-то время погостить у нас. Мама была бы
  просто счастлива. Да и вам следует отвлечься.
   - Мы были бы очень, очень рады, - добавил Яцек, стараясь аккуратно
  забрать у Жаклин бутылку коньяку.
   "А ведь она здорово выпивает, - подумала я. - Наверное, если ее подпоить,
  расскажет, много чего интересного". Но вслух произнесла, конечно, совсем
  другие слова:
   - С удовольствием.
   - Вот и чудненько, - засмеялась Жаклин, наливая до краев свой коньячный
  бокал. - Можно было бы выехать прямо сегодня вечером, и утром вы бы уже
  любовались нашей оранжереей!
   Она лихо осушила бокал и тут же налила себе следующий. Яцек заволновался:
   - Дорогая, наверное, надо дать Даша возможность собраться...
   - Нет, нет, - совершенно искренне остановила я его. - Может, пообедаем
  вместе?
   А в голове завертелась одна мысль: "Как бы избавиться от Яцека?"