растолстела. Правильно поняв мой взгляд, Анриетта грустно улыбнулась.
   - Я была тоненькой, как тростиночка, такой, как Франсуаза, но два года
  назад мне сделали операцию - и вот результат, а ведь не ем почти ничего. Во
  всяком случае, Франсуаза-то ест, как молотилка, и не полнеет.
   - Никакая я не молотилка, - проговорила Франсуаза, входя в комнату с
  подносом, - просто к вечеру у меня появляется волчий аппетит. И вообще,
  мадам пришла сюда не для того, чтобы обсуждать наши фигуры. Что вы хотели
  узнать?
   - Как и где вы познакомились с Ренальдо, Анриетта?
   Молодая женщина улыбнулась.
   - Мы были знакомы с ним всю жизнь. Наши матери - школьные подруги. Потом
  они всю жизнь работали вместе в одной парикмахерской и жили рядом. Я старше
  Ренальдо на полгода, в детстве нас часто клали в одну коляску, и кто-то из
  наших мам вез младенцев гулять. Им было так очень удобно - гулять по
  очереди. Потом мы пошли в одну школу, и уже лет в десять знали точно, что
  поженимся. Не припомню даже, чтобы когда-нибудь ругались. Ренальдо был очень
  добрым и всегда уступал мне во всем. Когда я стала полнеть, то, конечно,
  ужасно расстраивалась и все время пыталась сидеть на диете. А Ренальдо стал
  рассказывать всем нашим друзьям и родственникам, какое это счастье, что я
  толстею. "Всю жизнь мечтал иметь в женах толстушку, - говорил он, - полная
  женщина куда красивее". Он даже повел меня в Лувр и показал все эти
  греческие статуи: "Смотри,