у с помощью Ло удалось привести свою жену в
  чувство. Вдвоем они усадили ее на тюфяки. Карим бесстрастно призывал на
  помощь аллаха и подвывал. Женщина смотрела на Патрика мутным, бессмысленным
  взглядом и еле-еле шевелила губами.
   -- "Сад смерти"... -- глухо бормотала она. -- Нечистая сила... О аллах!
  Магомет наказывает нас! За что? За что? Мы не гневили его... Мы только
  поменяли... документы...
   Постепенно глаза ее стали проясняться. Инспектор перехватил ее взгляд.
  В нем читался неподдельный страх. Женщина тяжело дышала.
   -- Клянусь аллахом, господин полицейский, мы здесь ни при чем. Мы
  ничего не знали! Ничего не знали! Аллах свидетель.... Он умер сам. И мы
  похоронили его как честного мусульманина. Я... я не знаю, как он оказался на
  этом проклятом... О аллах!
   Она зарыдала.
   -- Да, да, -- наконец вмешался Карим, -- мы похоронили его, как
  полагается. На нашем кладбище. Имам [1] может подтвердить. Да и
  соседи. Аллах свидетель, господин полицейский.
   Карим еще раз опасливо взглянул на газету, лежавшую на комоде.
   -- "Очередные жертвы преступников", -- шепотом прочитал он подпись под
  фотографиями. Его подбородок задрожал.
   -- Нет, нет, нет! -- выкрикнул он фальцетом. -- Нет! Мы не преступники!
  Мы не преступники! Мы не убивали его! Он умер сам! Умер сам! И мы похоронили
  его! Все могут подтвердить! Все! Господин полицейский, вы верите нам?!
  Верите?
   Глядя на перепуганные лица супругов,