поводок" инспектор.
   -- А-а! -- Сержант расслабился и нагловато ухмыльнулся. -- Я и забыл.
  По правде говоря -- не придал этому значения. Ну, угостил и угостил --
  велика важность.
   -- Для нас все важно, -- с нарочитой укоризной заметил Патрик.
   -- Виноват, господин инспектор. Сплоховал. В голосе Ко Ина прозвучало
  такое искреннее раскаяние, что Ло едва удержался от улыбки.
   -- Вот такие мелочи, бывает, уводят следствие совсем не в ту сторону,
  -- как бы рассуждая сам с собой, произнес он. Сержант сочувственно покачал
  головой.
   -- Да-да... Простите, господин инспектор. Больше такого не повторится.
   -- Хорошо, что мы подобрали эти окурки, -- продолжал размышлять вслух
  Патрик и вдруг быстро спросил: -- Он всех угощал?
   Сержант на мгновение замер, соображая, видно, в какую сторону клонит
  инспектор, потом ответил решительно:
   -- Всех!
   -- А ведь в сигаретах было сильное снотворное. Как ты думаешь... зачем?
   -- Н-не знаю, -- замялся Ко Ин и, вдруг спохватившись, добавил: --
  Виноват, господин инспектор! Испугался, что попадет мне за то, что спал. Вот
  и не указал в рапорте про сигареты. Но ведь не по своей воле я заснул. Уж я
  крепился, крепился...
   Ко Ин шагнул в приоткрытую Патриком "дверь", полагая, что там, за нею,
  он будет чувствовать себя в безопасности. Развел руками, давая понять, что
  за халатность готов понести заслуженное наказание.
   -- А почему ты не записал в рапорте про сигареты? Разве