оммунах".
  Очевидно, этого было достаточно. Кстати, позже Фан узнал, что донес на него
  именно его друг
   В тот день Фан сделал для себя вывод, что нельзя верить никому и, если
  он хочет жить, он должен драться за свою жизнь зубами, топить других, чтобы
  выплыть самому.
   Домой он уже не пришел ни на следующий день, ни позже. Он встретился с
  матерью тайком у родственников и отдал ей новорожденную дочь. Решение бежать
  из Китая созрело окончательно.
   Недели три, голодный, затравленный, словно зверь, он пробирался в
  Кантон. Потом, рискуя получить в спину пулю от пограничников, вплавь
  добрался до Гонконга. Полгода он вел нищенское существование, пока не
  устроился наконец на судно, идущее сначала в Японию, а затем в Сингапур.
   Тех жалких грошей, которые он подзаработал, во время плавания, хватило
  ненадолго. Оставшись без средств к существованию, Фан пытался пристроиться в
  уличный театр, но везде получал отказ. Тогда он занялся воровством, попал в
  тюрьму. Там его и прибрали к рукам люди из "Триады".
   Поначалу Фан был просто осведомителем и даже не подозревал, с кем имеет
  дело. А когда узнал, на кого работает, решил избавиться от опасного
  сотрудничества. Но тайные общества впивались в новых членов с цепкостью
  паука, поймавшего муху. Освободить человеку от членства в "Триаде" могла
  только смерть.
   Фан смирился со своей судьбой, а через некоторое время смекнул, что
  игра стоит свеч. Если, конечно, в ней