абитый со всех сторон. Только одна широкая доска была отодвинута влево. В
  глубине, у задней стенки, сидел человек, весь залитый кровью. Лица у него не
  было -- его содрали. Патрика передернуло от ужасного зрелища.
   "Опоздал", -- мелькнуло в голове.
   Он посмотрел на Ван Ахмада. Тот весь трясся, зубы его стучали.
   -- Иди, взгляни поближе, -- приказал Патрик. -- Он? Султан испуганно
  замотал головой.
   -- Я н-не м-могу, ту-ан инсп-пектор. Я бо-боюсь.
   -- Ну! -- прикрикнул Патрик.
   Ван Ахмад поднялся с земли, подошел к ящику и заглянул в него с таким
  отчаянным страхом, словно там сидел живой вампир. Отпрянув в сторону, малаец
  сел на корточки и закрыл лицо руками.
   -- А-ы-и-ы, -- снова завыл он.
   -- Сунгай? -- спросил Патрик.
   Голова Ван Ахмада несколько раз утвердительно качнулась.
   -- Та-туировка... Его та-татуировка, -- выдохнул из себя малаец с
  каким-то прихлебом.
   "Опоздал, -- снова подумал Патрик, тяжело вздохнув. -- Единственного
  свидетеля убрали. Теперь все. На "Тумасике" можно ставить крест. Что ж, сам
  виноват. Аланг был прав, не следовало рассчитывать только на Султана.
  Оставил бы одного-двух человек в порту, все могло быть иначе".
   Он подошел к Ван Ахмаду.
   -- Иди и нигде ничего не болтай. Я сам вызову полицию. Понадобишься --
  разыщу. Деньги, что я обещал, получишь.
   Малаец словно ждал этих слов. Он вскочил на ноги и, бессвязно причитая,
  бросился прочь, даже не спросив, когда и