ь воедино: холмы, болото, землекопы, монотонно вскидывающие лопаты и
  кирки.
   Закашлял движок, на траншею упал мягкий, голубоватый свет прожекторов.
  Часть воды на болоте высветилась, заискрилась, и Пенг, посмотрев туда, вдруг
  отчетливо вспомнил чьи-то слова о блуждающих огоньках в "саду смерти". Его
  охватила дрожь. Проклиная все на свете, в том числе и себя за то, что
  согласился приехать сюда, Пенг со злостью бросил кирку и снова взялся за
  лопату, чтобы отгрести разрыхленную землю. Потом он стал копать глубже: там
  почва оказалась более податливой. Но лопата тут же уперлась во что-то
  твердое.
   "Проклятые камни! " -- выругался про себя Пенг и копнул рядом.
   Лопата снова без труда вошла в землю. Пенг окопал со всех сторон и
  подцепил то, что показалось ему камнем. К своему ужасу, малаец увидел
  человеческий череп.
   -- "Сад смерти"! "Сад смерти"! -- закричал Пекг, швырнув вверх лопату
  со своей недоброй находкой. Череп покатился по насыпи к его ногам.
   -- А-а! Он живой! А-а! -- Совсем обезумевший от страха, малаец пустился
  наутек.
   Видимо, после болтовни Цзана не он один чувствовал себя здесь неуютно:
  рабочие разом обернулись на крик, настороженные, готовые броситься
  врассыпную.
   -- Череп! -- вопил Пенг, перескакивая через кочки. -- Он живой! "Сад
  смерти"! Дракон Цзяо!
   Слово "череп", как ни странно, немного успокоило землекопов. В глазах у
  многих настороженность сменилась любопытством.