Эти подонки всюду считают себя хозяевами и с каждым
  днем становятся все наглее. А самое обидное -- до них не добраться. Они
  готовы перегрызть друг другу глотки, но, когда попадают к нам, молчат, как
  камни. Страх перед своими собратьями делает их немыми.
   -- Иногда бывает наоборот, -- заметил Патрик.
   -- Что вы имеете в виду? -- не понял Прадерм.
   Патрик рассказал ему о том, как он завербовал Ко Ина.
   -- Неплохо, -- согласился Прадерм.
   "Воксхолл" затормозил у китайского кафе. Ло и Прадерм вошли в широкий
  проем, заменяющий двери и закрывающийся на ночь железными жалюзи. Вдоль
  обеих стен длинного прямоугольного помещения стояло несколько складных
  столиков без скатертей. Немногочисленные посетители были такими же
  потрепанными, как и столы.
   Едва Патрик со своим спутником уселись, как к ним подошел мальчик лет
  десяти в коротких штанишках и майке. С деловым видом он поставил на стол
  поднос с соусами, перцем и солью, положил два замусоленных меню и застыл в
  ожидании заказа.
   -- Два пива, -- бросил Прадерм по-тайски.
   Мальчишка невозмутимо забрал поднос, карточки и молча направился к
  стойке.
   -- Эй, -- окликнул его Прадерм, -- твоя мать дома?
   Мальчонка вернулся к столику и, подняв на Прадерма свои черные глаза,
  непонимающе заморгал. Очевидно, залапанное меню было его единственным
  учебником тайского языка. Ло догадался, о чем спрашивает Прадерм, и повторил
  вопрос по-китайски.