ший его автомобиль. Из японского отделения Интерпола его приметы
  поступили через полчаса после того, как машина с господином Мартэном,
  миновав ворота аэропорта уже мчалась на север.
   А еще через час господин Мартэн сидел в кабинете тихого клуба на склоне
  холма Рокко. Из окна открывался прекрасный вид на порт, уже зажигавший
  вечерние огни. Собеседником господина Мартэна был моложавый широкоплечий
  высокого роста японец с элегантной стрижкой. Рядом с этим седеющим
  массивным иностранцем он казался мальчиком - уж очень у того все было
  крупным: нос, рот, голова, все тело весом в сто десять килограммов при
  росте под два метра.
   - Подтверждаю, что получил Хогая и Хиросигэ... - сказал господин Мартэн
  по-английски с сильным акцентом. - Уникальные вещи. Я показывал нашим
  экспертам. Подлинники.
   - Счастлив, что вы остались ими довольны, - ответил японец на
  великолепном куинз-инглиш.
   - Вы действительно их мне дарите? - господину Мартэну явно хотелось,
  чтобы собеседник еще раз подтвердил этот факт.
   - Да, в знак знакомства...
   - Гм... - хмыкнул господин Мартэн, не совсем понимая намерения
  собеседника. - Кстати, я хотел бы услышать, в чем состоит ваше деловое
  предложение? Насколько я понял, мне предоставляется возможность приобрести
  произведения японского искусства и в большом количестве...
   - Совершенно верно, - подтвердил собеседник. - Нам известно, что вы
  покупаете только первоклассные произведения и только оптом.