бы нет. Сначала изучат место происшествия, а потом вернутся на
  остров Тори.
   - На Тори, - Онодэра залпом осушил банку и бросил ее в стремительно
  убегавшие назад бело-зеленые волны, - кажется, есть метеоролог...
   - Что это, не Аогасима ли? - Юкинага показал на восток, туда, где
  виднелись облака. - Пожалуй, что он. Быстро идем, если не сбавим темп, то
  до захода будем на Тори.
   - А это что? - Онодэра показал вперед по движению корабля. - Может
  быть, судно?
   Над южным горизонтом к небу поднимался столб жидкого черноватого дыма.
  Ветер относил его к северо-востоку.
   - Нет, это не корабль, - Юкинага, прищурившись, смотрел вперед. -
  Вулканический дым. В районе скал Байонэз.
   - На рифе Медзин?
   - Нет, Медзин, в последнее время успокоился. А вот на рифе Смита
  впервые за полвека появились признаки возможного извержения. Недавно
  задымил еще один риф. Эдак и остров образуется.
   Онодэра вдруг вспомнил о взрыве рифа Медзин. Он узнал о нем из газет
  еще ребенком... Это было в 1952 году (неужели так давно?!). Неожиданно
  раскололась гладь океана, и со дна взметнулись дым, огонь, лава. Пламя
  бушевало внутри, но казалось, что, выплевывая клубы дыма, горит сама вода.
  Какое страшное впечатление произвела тогда на него фотография извержения!
  Этот гигантский взрыв буквально распылил наблюдательное судно "Дайго
  Кайемару", погиб весь экипаж - тридцать один человек. Море - насколько
  хватает глаз, и вдруг из какой-то его точки начинают