ров в отсутствие
  абонента была полностью использована. Перемотав, он прослушал ее.
  Большинство звонков было из фирмы. Последним зазвучал женский голос. Он
  перемотал это место еще раз, начал слушать внимательнее и узнал голос
  Рэйко:
   "Приехала в Токио, вот и позвонила... Спасибо, что тогда... Вскоре
  после того землетрясения у меня скончался отец. Как только завершатся все
  похоронные дела, я уезжаю в Европу. Думаю, это будет во второй половине
  сентября. Если успеете, позвоните, пожалуйста, мне в Хаяма. Правда, у меня
  нет особых к вам дел..."
   На этом голос умолк, наступила тишина, и, когда Онодэра уже собрался
  перемотать пленку, голос опять зазвучал, печально и хрипловато: "Хочу... с
  вами... Прощайте!"
   Он перемотал пленку, немного подумал, потом стер запись. Ему
  показалось, что открылась наружная дверь. Он обернулся. Давешняя девчонка,
  которая была в одной комбинации, стояла на пороге, испуганно глядя на него
  круглыми глазами. Шея и подбородок у нее все еще были в блевотине.
   - Что тебе? - спросил он.
   - Это... я туфли забыла... - сказала девчонка.
   Ее землистое, застывшее лицо было совсем детским и жалким. Вероятно,
  действие наркотика кончилось. И такую девчонку, почти ребенка, он в гневе
  так страшно проучил! Ему стало неловко. Он вытащил из-под кровати туфли со
  стоптанными каблуками и протянул ей.
   - Спасибо...
   - Постой... - остановил ее Онодэра. Помертвев от страха, она
  обернулась. - Умойся, тогда пойдешь.